Лев Эллис

Эллис — литературный псевдоним Льва Львовича Кобылинского (1879–1947), русского поэта, переводчика, литературного критика, философа и одного из ярких представителей русского символизма. Его биография необычна даже для Серебряного века: он начинал с увлечения революционными и философскими идеями, дружил с Андреем Белым, участвовал в создании кружка «Аргонавты» и издательства «Мусагет», поклонялся Бодлеру, увлёкся антропософией Рудольфа Штейнера, а позднее обратился к католицизму. Для Эллиса литература никогда не была просто искусством — всю жизнь он искал в ней путь к духовной реальности.

Лев Кобылинский родился 13 августа 1879 года в Москве. Он был внебрачным сыном известного педагога Льва Ивановича Поливанова, основателя и директора знаменитой Поливановской гимназии, и Варвары Петровны Кобылинской.

Отец Эллиса был заметной фигурой московской культурной жизни. В его гимназии в разные годы учились Валерий Брюсов, Андрей Белый, Максимилиан Волошин и другие будущие представители русской культуры. Таким образом, будущий символист с детства оказался связан с той интеллектуальной московской средой, из которой вскоре выросла новая литература.

Сам Эллис учился в 7-й московской гимназии, а в 1897 году поступил на юридический факультет Московского университета. В 1902 году он окончил университет и даже собирался заниматься научной работой, готовил диссертацию.

Однако юриспруденция его не удержала.  Гораздо сильнее Эллиса привлекали литература, философия, религия и поиски скрытого смысла человеческого существования. Он оставил академическую карьеру и полностью посвятил себя литературе.

Его духовные увлечения постоянно менялись. В молодости он интересовался марксизмом, затем пережил сильное влияние философии Ницше. Позднее его захватили французский символизм, религиозная философия Владимира Соловьёва, средневековая мистика и идея искусства как пути к иной, высшей реальности.

Особое место в его жизни занял Шарль Бодлер.  Эллис не просто переводил Бодлера — он относился к нему почти как к духовному учителю. Французский поэт оказал огромное влияние на его представление о символизме, красоте, грехе, смерти и духовном преображении.

Именно переводы Эллиса стали одной из заметных страниц русского восприятия Бодлера в начале XX века. Он переводил «Цветы зла» и другие произведения французского поэта, стремясь передать не только содержание, но и особую мистическую атмосферу оригинала.

В начале 1900-х годов произошло знакомство, определившее целый период его жизни, — Эллис сблизился с Андреем Белым.  Они были почти ровесниками и оба искали новую философию искусства. Вместе они организовали в Москве литературно-философский кружок «Аргонавты».

Название было выбрано не случайно. Подобно героям древнегреческого мифа, отправившимся за золотым руном, молодые московские символисты ощущали себя духовными путешественниками, отправляющимися на поиски нового знания и новой красоты.

В кружке обсуждали стихи, философию Владимира Соловьёва, Ницше, религию, мистику и будущее искусства. Для его участников символизм был гораздо большим, чем литературное направление: они воспринимали его почти как новый способ существования.

Именно Эллис стал одним из самых страстных защитников такого понимания символизма.  Современники запомнили его человеком необычайно темпераментным, увлекающимся и бескомпромиссным. Он мог полностью отдаться новой идее, увидеть в ней почти абсолютную истину, а затем столь же решительно разочароваться и отправиться на поиски следующей.

Эта особенность характера объясняет удивительные повороты его биографии.  В 1904–1909 годах Эллис активно сотрудничал с журналом «Весы» — одним из главных изданий русского символизма, связанным с Валерием Брюсовым. Он писал литературно-критические статьи, выступал с лекциями, читал стихи и переводы в московских литературных и художественных кругах.

В 1910 году появилась одна из главных его книг — «Русские символисты». Эллис попытался не просто рассказать о современных ему авторах, но и объяснить саму сущность нового искусства. Для него настоящий символизм должен был вести человека от видимого мира к невидимому, от красоты — к духовному познанию.

В том же году он вместе с Андреем Белым и Эмилием Метнером участвовал в создании издательства «Мусагет».  «Мусагет» стал одним из важнейших центров московского символизма. Здесь издавались произведения и философские труды авторов, определявших интеллектуальную атмосферу эпохи.

Однако отношения внутри символистского круга были далеко не спокойными. Эллис обладал сложным характером, легко вступал в споры и относился к литературным разногласиям почти как к вопросам веры. Дружба могла превращаться в конфликт, а художественный спор — в мировоззренческую драму.

Особенно сложными были его отношения с Андреем Белым. Их связывала глубокая духовная и интеллектуальная близость, но одновременно они постоянно спорили и переживали периоды отчуждения. Тем не менее имя Эллиса осталось неразрывно связано с ранней биографией Белого и московским символистским кругом.

Как поэт Эллис выпустил сборники «Stigmata» и «Арго».

Уже сами названия многое говорят о его художественном мире. Его интересовали крест, жертва, странствие, рыцарство, смерть, духовное испытание и возможность преодолеть границы материального мира.

Он любил образы Средневековья — монаха, рыцаря, пилигрима, собора, мистического пути. Современная городская жизнь интересовала его значительно меньше, чем вечная борьба души между земным и небесным.

Для Эллиса стихотворение не было самоцелью. Поэзия представлялась ему следом духовного путешествия человека. Поэт должен был не просто создавать красивые строки, а искать путь к истине.

В начале 1910-х годов в его жизни произошло новое увлечение — антропософия Рудольфа Штейнера.

Антропософия привлекла многих представителей русского Серебряного века. Эллис отдался ей со свойственной ему страстностью. Он сопровождал Штейнера во время лекционных поездок и некоторое время воспринимал его учение как возможный ответ на собственные духовные поиски.

В 1911 году Эллис фактически покинул Россию. Он жил в Германии, затем в Италии и Швейцарии.

В Германии он настолько хорошо освоил немецкий язык, что позднее писал на нём литературоведческие и философские труды.

В 1913–1914 годах Эллис жил недалеко от Штутгарта вместе с Иоганной ван дер Мойлен, ученицей Штейнера, выступавшей под именем Intermediarius. Их объединяли духовные и эзотерические поиски.

Но и антропософия не стала для Эллиса окончательным ответом.

Он довольно быстро разочаровался в учении Штейнера и продолжил собственные поиски. Его всё сильнее привлекали христианская мистика, средневековая духовная традиция и католическая культура.

Во время Первой мировой войны Эллис жил в Италии и Швейцарии. С 1917 года — в Базеле, а с 1919 года его жизнь оказалась связана главным образом с Локарно.

Постепенно русский поэт Серебряного века превращался в европейского религиозного философа.

В начале 1930-х годов произошёл, возможно, самый значительный духовный поворот его жизни — Эллис принял католичество.

Для человека, десятилетиями переходившего от одной философской системы к другой, это решение оказалось значительно более устойчивым. Он сблизился с иезуитской традицией и регулярно посещал богослужения в знаменитом монастыре Мадонна-дель-Сассо над Локарно.

В этом есть удивительная закономерность всей его жизни.

Молодым человеком Эллис искал тайный смысл мира в поэзии символистов. Затем — в философии Соловьёва и Ницше, в Бодлере, мистике, антропософии и эзотерике. В конце концов этот многолетний путь привёл его к христианству и католической духовной традиции.

В эмиграции он всё больше писал по-немецки. Его интересовали Платон, Владимир Соловьёв, Василий Жуковский, Александр Пушкин, христианская философия и религиозная природа русской культуры.

Одну из своих поздних работ Эллис посвятил Пушкину, рассматривая его не просто как великого национального поэта, а как религиозный гений России.

Удивительно, насколько далеко к этому времени он ушёл от московского литературного мира своей молодости. «Аргонавты», «Весы», споры с Белым и Брюсовым, литературные вечера и шумная жизнь символистов остались в другой стране и почти в другой эпохе.

Однако внутренне Эллис продолжал заниматься тем же, чем занимался в молодости, — искать связь искусства и духовного мира.

Он прожил за пределами России больше тридцати пяти лет и уже не вернулся на родину.

Эллис умер 17 ноября 1947 года в Локарно в Швейцарии. Ему было 68 лет.

Сегодня его имя гораздо менее известно, чем имена Блока, Белого, Брюсова или Бальмонта. Однако без Эллиса картина русского символизма была бы неполной.

Он был не просто автором стихотворений. Эллис принадлежал к людям, которые воспринимали Серебряный век как духовный эксперимент. Для него символизм был попыткой найти за повседневной реальностью другой мир — более глубокий и настоящий.

Именно поэтому его биография кажется почти романом о духовном страннике.

Юрист, отказавшийся от научной карьеры ради литературы. Поклонник Бодлера и Ницше. Друг и соратник Андрея Белого. Один из создателей «Аргонавтов» и «Мусагета». Поэт-символист. Переводчик. Антропософ. Эмигрант. Религиозный философ, писавший по-немецки. И наконец человек, пришедший после десятилетий поисков к католической традиции.

Его собственный образ пилигрима оказался удивительно точной метафорой всей его жизни.